akozmin_7

Categories:

Лёша

 На службу в ряды Советской армии он был призван из одного сибирского города. Это был очень спокойный и совершенно домашний парнишка. Ему бы идти учиться в ВУЗ, да миновать армейскую жизнь - глядишь, и жизнь распорядилась иначе.

Попал Алексей в учебное подразделение где обучался искусству владения азбукой Морзе и работе на ключе. Предполагалось, что парень, окончив обучение станет классным радистом, отслужит как положено и вернётся домой. 

До Армии Лёшу воспитывала больная мать и старая бабушка. Не помню чтобы он что-нибудь рассказывал про отца. Молодой человек был не по возрасту кроток, писал стихи, был начитан и культурно воспитан. Отмазать парня от армии или заплатить они не могли. Да и в начале 80-х годов это не особо часто случалось. Как понимаете, армия в любом своём проявлении противопоказана таким ребятам. 

Армия либо ломает таких и делает из них "людей", либо калечит и ломает им жизнь. Советская армия вряд ли была когда-то образцовой. Если вам будут рассказывать про образцово-уставные отношения, то либо это исключение из правил и в/ч была на особом контроле, либо банально выдают желаемое за действительное. 

Снимок не имеет отношения к рассказу. Соответствует времени службы в СА 80-х годах
Снимок не имеет отношения к рассказу. Соответствует времени службы в СА 80-х годах


Надо признать тот факт, что служба познакомила нас со всеми своими прелестями с первого же вечера прибытия в учебку. Всех нас - призывников, ещё не принявших Присягу (по армейской иерархии - "зАпахи") ночью доставили к месту начала службы. Нам было необходимо сдать свою гражданскую одежду и получить солдатскую форму. Старослужащие, что были "смотрящими" по столовой, выстроили нас в шеренгу по одному и провели первый шмон. Пройдя по карманам, одежде и обуви на предмет наличия спрятанных денег. Попутно, забирая приличную одежду у молодых. Готовясь уходить в ней на дембель "по гражданки"(чтобы бухать всю дорогу до дома в поезде). 

Всё это происходило с улыбкой на лицах старослужащих. Но улыбки были ничуть не лучше тех "киношных" в которых человек впервые попадает в камеру с преступниками. Как говорится, масками никто особо не прикрывался.

Кто-то из нас был готов морально к такому повороту событий, наслушавшись советов от братьев прошедших службу в армии или старших друзей. Другим, не готовым к психологическому и физическому насилию было сложнее. 

Лёше досталась роба сильно большего размера. Форма была новая и чистая, сапоги тоже блестели новьём. Но радость была не долгой. Проснувшись утром, у Алексея вместо новой робы лежала засаленная и замусоленная старая роба. А когда он вышел в коридор, кто-то из "южан" с нашего же призыва, увидел его и со словами: "Э, зачем тЭбЭ новые сапоги к такой робе?". Тут же вытолкал его из помещения, и компенсировал отнятые ночью собственные новые сапоги. А через пару минут, сибиряк появился обутый в "говнодавы". Было похоже, что парень пару недель не мылся и сидел в свинарнике. Он стоял почти без эмоций на лице, но на все вопросы отвечал спокойно, не споря и не сопротивляясь обстоятельствам. Он и потом, всю службу вёл себя так же покорно. 

снимок не имеет отношения к данному рассказу, но соответствует периоду времени службы в СА
снимок не имеет отношения к данному рассказу, но соответствует периоду времени службы в СА

По ночам, в роте проходили междоусобные войны. Таджики бились с самарцами, а Самара "строила" и лупила выходцев из южных республик называя их "душманами". Такой вот СССР царил в учебке. 

Дальневосточников почти не трогали. Но в случае массовых драк "русские" всегда были вместе против "южан". Лёшу в ночных избиениях не особо беспокоили. Но потом, стало известно, что "душманы" выводили его персонально из казармы издевались над ним и унижали как могли. Он молчал, не жаловался никому. А обидчики ржали над ночными забавами говоря днём на своём родном языке и русским было не понять о чём идёт речь. Поэтому, они могли свободно обсуждать всё вслух не опасаясь "ответки" со стороны.

Когда история вскрылась, Лёшу вывели в умывальник свои и устроили разборки. Лёше говорили, что когда он разрешает унижать себя, он тем самым, унижает всех русских. Леша большей частью молчал. А если и отвечал, то в стиле "да-нет, они меня только побили и отпустили". Свои тоже наваляли Лёше, давая понять что нельзя малодушничать и прогибаться под "душманов". Иначе, вся служба пройдёт таким макаром. 

пример умывальника в казарме образца 1960-80 гг. Заброшка.
пример умывальника в казарме образца 1960-80 гг. Заброшка.

Алексей кивал, соглашался, но противиться злу не мог. Совсем. Он даже руками не защищался когда его били. Это была просто живая груша для битья. Парня было очень жаль, но даже когда его взяли "под защиту", Лёша вёл себя как "агнец на заклании"- молчал, уступал, не сопротивлялся. Постепенно, на него махнули рукой все и он стал выполнять всю самую грязную работу за всех кто только мог его "припахать". Жуткое зрелище. Иногда, больше сильный забирал его, как говорили" "в рабство".

Лучше бы ему "осткосить" или поступить в ВУЗ, спрятаться и отсидеться. 

Но время шло, мы втягивались в армейские будни. Ребята привыкали огрызаться на грубость и давать сдачу обидчикам. Среди призыва появилось деление на лидеров и остальных. Каждый старался выжить в новых для него условиях как мог. Для Леши ничего не менялось. Он мыл, стирал, чистил всё по первому окрику. Хоть унитаз зубной щёткой, хоть стирать чужие трусы.

Постепенно он уходил в свой внутренний мир. Как сейчас сказали бы: "во внутреннюю иммиграцию". Его имя постепенно стало нарицательным полного не сопротивления и покорности: "Лёша".

ключ для передачи азбуки Морзе
ключ для передачи азбуки Морзе

Как-то, на уроках по работе на ключе для радиотелеграфистов, младший сержант отслуживший на пол года больше нас, поставил Лёшу "на ключ" за кафедру. А всем нам, молодым радистам, приказал взять в руки тяжёлые табуретки и держа их на вытянутых руках приседать на каждое звуковое нажатие ключа. 

Лёша послушно нажимал на ключ не обращая внимания на то, что весь класс радистов обливаясь потом, на подкашивающихся ногах из последних сил приседал и проклинал послушного "лёшу". Сержант ржал во все зубы и спрашивал "Лёша, ты не устал?". Не моргнув глазом, Лёша говорил : "Нет.". И получал одобрительное: "Ну, продолжай, Лёша!" 

Если кто-то не выдерживал и ронял табуретку, смеющийся инструктор подзывал к себе и лупил со всей дури "банки". Банки лупили либо наотмашь кожаным ремнём с солдатской бляхой по спине или по жопе, либо той самой дубовой табуреткой по голове. 

Садистские наклонности нашего сержанта-инструктора обернулись ему боком спустя полтора года, когда наш призыв провожая стариков на дембель устроил ему "Вспомнить всё". Но об этом в другой раз. Сегодня рассказ про Лёшу.

Потом, Лёша на какое-то время исчез из поля нашего зрения. А спустя пару-тройку недель нашёлся в наряде по кухне. Если думаете, что там ему было легче, то ошибаетесь. Днём он батрачил в свинарнике при столовой, а ночью мыл в столовой всё от и до. Где и когда он спал и что ел не знал никто. От глаз командира, в звании капитана, его прятали. Такого замызганного и грязного показывать было нельзя. В общем, служба у парня была не лучше тюремной жизни. Как-то, его поймали кушающим ложкой из 50 литрового бачка с помоями - тем что оставалось в тарелках и бачках собирали для корма свиньям. 

Через пол года, когда нас стали разбрасывать "по точкам" для прохождения основной службы. Лёша попал на "Танкер". Так называлась бригада в 50 км в лес от Комсомольска-на-Амуре.

Для Лёши мало что изменилось после этого. Может, лишь то, что теперь его жизнь зависела не от прихоти одного взвода радистов и взвода планшетистов - всех с одного года призыва, а от роты связистов, роты планшетистов и взвода охраны включая все призывы от "дУхов" до "дембелей".

На "Танкере" его быстро определили в "чмо", затянули на его талии ремень "по размеры головы". Так он и ходил до конца службы. 

В минуты работы или редкого отдыха он часто выходил в ночь под звёзды и глядя в ночное небо и стоя как столбик, сочинял стихи. Чтобы над ним никто не издевался наткнувшись на записи, он просто запоминал их на память. Когда его просили прочесть стихи, читал их по памяти, долго и без остановки. Стихи были красивые и все это признавали. 

Отслужил он в общей сложности года полтора. Когда двое распоясовшихся "дедов" будучи прикреплёнными за столовой и кухней, ночью устроив попойку, избили Лёшу, пробили ему голову (как сказали: "ломом") и надругавшись "опустили" его. 

Утром, на проверке личного состава, ответственный и внимательный сержант дежурный по роте заметил, что у Лёши на голове запеклась кровь и реальная дырка в кости черепа. Это был уже беспредел. ЧП. Разборка закрутилось. После звонка в госпиталь скрыть скандал стало невозможно.

На календаре стоял 1985 год. И с этого года, у нас в бригаде, пошла война с неуставными отношениями. Почти каждую неделю в роте проходили открытые суды. Судили тех кто "убегал" из части. Судили тех, кто расстрелял будучи в наряде сонных сослуживцев. Судили и этих беспредельщиков. 

Суд над насильниками был больше похож на циничный анекдот. Один и "этих" был русский. А второй, как говорили "из красной книги". т.е. относился к исчезающей народности. Говорили, что его и в армию не должны были призвать. Но он нарушил закон, в тюрьму его не определили по причине "краснокнижности" и решили "сослать" в Советскую армию. Вот он и служил ... Тут, история вновь повторилась. "Краснокнижника" сажать вроде как нельзя, а раз так, то и второго не посадишь. И их обоих по-быстрому отправили ... домой, на дембель. 

Спустя почти пол года, когда пришёл новый командир корпуса (если не ошибаюсь) и принимая дела у предшественника решил вернуть на доработку все "незакрытые" дела. Этих двух выродков привезли уже с гражданки к нам же в роту и снова устроили суд. Теперь, каждый из них получил реальный срок. Один, 8 лет, другой 5. 

А что стало с Лешей? Скажу честно, даже не помню -прошло уже больше 30 лет. Видимо, Лёша отправился в госпиталь на лечение и освидетельствование. В последнее время он часто заговариваться, всё чаще нёс разную чушь и забросил писать стихи. А написанное им раньше не помнил. Или просто отвечал так, чтобы от него отстали. 

Возможно, его комиссовали или перевели так далеко, куда даже радисты не могли скинуть информацию о его истории своими каналами. 

Все 30 с лишним лет, я часто вспоминаю историю этого Лёши. Жаль парня. Хороший в принципе был человек, но по своей природе не мог противиться злу. Совсем. 

Фамилии не называю. Понятно почему. Да и разве упомнишь.

Лёша, если ты жив, прости всех нас если можешь. За то, что всё так вышло. Хочется верить, что тебе помогли восстановить психическое и физическое здоровье. Что ты смог после этого жить человеческой жизнью. Возможно, ты снова начал писать стихи. Было бы здорово - если так.

"Армия либо ломает таких и делает из них "людей", либо калечит и ломает им жизнь. Советская армия вряд ли была когда-то образцовой. Если вам будут рассказывать про образцово-уставные отношения, то либо это исключение из правил и в/ч была на особом контроле, либо банально выдают желаемое за действительное" .

  • Ниже, вполне правдивый видеорассказ об армии и её традиции в 80-х годах.

Читать по теме «Письма из армии» 


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded