akozmin_7

Categories:

Истории из армейской санчасти

 Читатели канала "Тропой самурая" частенько присылают свои рассказы и свои воспоминания о службе в армии. С одним из таких писем-воспоминаний я уже знакомил вас в публикации "Гришкины рассказы".

 Автор воспоминаний Георгий.
Сегодня, я продолжу знакомить читателя с воспоминаниями Григория. Вашему вниманию предлагаю два рассказа: "Ангина" и " Надо быть проще". В них автор рассказывает о случаях своей службы в рядах Советской армии в 80-х годах

От Автора: "Начну с того, что сам я к медицине некоторое отношение имею. Потому со временем стал работать в санчасти санитаром. Так что из первых рук. John Smith/ Георгий."
кадр из фильма
кадр из фильма

Ангина                                                                                                                             Ангина, если кто не знает, болезнь заразная и инфекционная. А лучше всех это знает наш начальник медслужбы, он же лор. И когда количество больных в лазарете приблизилось к общему количеству коек, был объявлен карантин. Никого в лазарет не пускали, никого не выпускали - сиди, лечись.

- Сегодня уколы будешь делать ты, - сказал сержант. - Витька болеет, а мне лень. - Я пожал плечами - а что, уколы делать я умею.
- Шприцы вон, прокипятишь как положено, правила знаешь. Пенициллин вон стоит початая упаковка. Я взял пенициллинку, прочитал маркировку. - Артем, а зачем калиевая соль? Она же болючая, как падла, от нее ногу сводит до самого уха. - У солдата ничего сводить не может, он солдат. - Блин, а новокаин где? - Какой новокаин? - Артем!!! - Не положено новокаина. С новокаином можешь себе сделать, когда заболеешь, я скажу, что я взял. Вон вода для инъекций в ампулах, ею и разводи. Какая тебе разница-то? - Твою мать... - И смотри - начмед велел делать уколы только лежа. Сделаешь стоя - пойдешь на губу.

кадр из фильма
кадр из фильма

- Ясно... Отобрал иголки более-менее, прокипятил, шприцы тоже. - Артем, а иголок других нет? - Есть, конечно. Только кто тебе их даст? - Бля... Один солдатик оказался упрямый. Только стоя, говорит, будешь мою жопу терзать, а то вот прям в морду и все тут. Да не ссы, говорит, не заложу. И становится лицом к двери, снимая заодно штаны - лечи давай.

Перекрестил я жопу шприцем и вколол ему, как и положено, в верхний наружный квадрант ягодичной мышцы. Протерев, естественно, предварительно место укола. - Че телишься, быстрей давай! - Терпи. - Больно, бля! Я нажал посильнее. - Все, вынимаю, - говорю. И потянул шприц на себя. Не тут-то было. Иголка, которой многократно протыкали резиновые крышки пенициллинок, приобрела от такого неуважительного к себе отношения форму гарпуна. Я дернул сильнее. А дальше я помню только удаляющуюся вниз по лестнице голую жопу - откуда и силы взялись после трех дней высокой температуры.
- Артем, держи!

Беглеца поймали. Тонкая иголка так и не вышла, а разломилась. Вызвали машину, отвезли в госпиталь, вырезали, конечно. Но меня он не заложил.

кадр из фильма
кадр из фильма

Надо быть проще.
Затеяли у нас в части строительство. Что строили - не помню, но что-то серьезное. Своими силами не обошлись и пригнали роту стройбата. Ну на то он стройбат и существует. Все первого года службы, все до невозможности южные. Работы в медпункте прибавилось. Сперва по мелочи, но в один прекрасный день приперлись аж трое строителей. Ну что, приглашаю по одному в перевязочную, велю раздеваться. Сам пока достаю мазилку, вату бинт, ну как положено.

- Все, говорит, разделся. - Я поворачиваюсь. - А рубаху нижнюю кто снимать будет? - говорю. - Не снимается, - отвечает. Осматриваю. Рубаха к телу прикипела намертво, под рубахой - сплошная язва. - Рот открой. - Открывает. Десны опухшие, начинается цинга, похоже.

кадр из фильма
кадр из фильма

Конец XX века, блин. Цинга. Ну да, кто ж тебя витамином потчевать будет, южный сукин сын? Достаю перекись, начинаю отмачивать. Больно, но солдат терпит. Заходит прапорщик. - Че ты с ним возишься, там еще сидят. - Так товарищ прапорщик, как же... - Да вот так. Проще надо быть. - Прапор берет ножницы, начинает резать сросшуюся с солдатским телом ткань. Солдат шипит, но терпит. Потом одним рывком сдирает с солдата разрезанную рубаху вместе с остатками кожи. Солдат теряет сознание и падает на кафельный пол. Подхватить его я не успеваю. Прапорщик пинает ногой валяющееся тело - поднимай давай. И не глядя отправляется мыть руки.

Я хватаю из шкафа нашатырку, даю понюхать солдату и нюхаю сам. Мне тоже дурно, но не от вида крови, а от вида прапорщика. Солдатик кое-как приподнимается, я мажу его толстым слоем мази и оставляю подсыхать. Зову одного из ждущих в коридоре, велю ему застирать в раковине рубашку. Сохнет рубашка, сохнет мазилка на солдате, я осматриваю следующего. Этого успеваю отмочить до второго пришествия прапорщика, решившего проверить, как усвоен его урок.

фото из сети
фото из сети

Из каких-то неведомых побуждений тот принес лишний бинт - на солдат бинту выдавали по паре в день. Хорошо, рубаху на лоскуты рвать не будем, просто прибинтуем, как подсохнет. 

Следующий!

Оригинал: «Тропой самурая»

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded